пятница, 25 февраля 2011 г.

Отдай мою почку

Скандалы вокруг трансплантологии

Торговцы глазами тщательно выбирают доноров. Они не трогают бомжей и наркоманов. Их жертвы -- молодые люди среднего класса. Угрожая пистолетом или усыпляя инъекцией, преступники доставляют донора в подпольную клинику, где хирург удаляет бедному яппи один или оба глаза. От анестезии слепой человек отходит где-нибудь под кустом в парке или на городской свалке. У полицейских пока нет зацепок… Значит, скоро еще кто-то проснется от холода и боли в утреннем парке и солнца не увидит. Вспоминается грим Джонни Деппа в "Однажды в Мексике", когда его выпустили на улицу с кровавыми ямами на лице вместо только что вырезанных глаз. А 350 человек, совершенно реально пострадавших в Америке, -- ими можно два "Боинга" загрузить. И отправить учиться читать по Брайлю и ходить с собакой-поводырем. Чтобы когда-то снова выйти в этот мир, от алчности живьем рвущий людей на части…


Врачи-убийцы возвращаются

В апреле в российских СМИ прошла скандальная информация о том, что в Хабаровской краевой клинической больнице № 1 "Дальмедцентр" врачи несколько лет вырезали у больных внутренние органы. Поводом для прокурорской проверки стала коллективная жалоба от 15 человек Полпреду президента по Дальневосточному федеральному округу. Началось так: одна женщина совершенно случайно узнала, что ей отдали труп родственника без почки. Она написала жалобу. Бумага пошла по инстанциям и добралась до прокуратуры. Прокурорская проверка составила список из 56 пациентов, скончавшихся по неустановленным причинам. Родственники пострадавших предполагают, что смерть их близких связана с операциями по извлечению органов. Факты намеренного убийства ради органов не доказаны, но зампрокурора Железнодорожного района Хабаровска Татьяна Ламаш сообщила прессе, что "на территории больницы врачи занимались частной практикой. Было создано три коммерческих предприятия, на счета которых направлялись деньги, получаемые с реципиентов почек и селезенок. От имени этих организаций заключались договоры на поставку почек в течение последних 6 лет. В зависимости от состоятельности пациента плата за донорский орган варьировалась от 2 до 40 тысяч долларов". Родственники доноров об этом не знали. Сразу после своих откровенных комментариев Татьяна Ламаш подала рапорт об увольнении из прокуратуры. По предварительной и неофициальной информации, за 6 лет у пациентов "Дальмедцентра" изъято более ста почек. Некоторые пациенты умирали через несколько минут после того, как у них вырезали внутренние органы. Но это не было ни прямой, ни единственной причиной смерти. "Дальмедцентр" -- единственное в Хабаровском крае медучреждение, имеющее право на операции по пересадке органов. Но оно не одно охотится за почками. В Хабаровске около года расследуется уголовное дело по краевой клинической больнице № 2. Началось опять же с женщины, узнавшей, что у умершего мужа изъяты почки. Уголовное дело было возбуждено, но скоро закрыто -- доказали, что пациент скончался до того, как ему удалили почки. Однако следствие выявило, что исчезновение внутренних органов -- постоянное явление, и возбудило "дело врачей" краевой больницы № 2. В Хабаровске обсуждают версию о том, что в больнице № 2 органы вырезали специально для трансплантологов больницы № 1. Потому что во второй больнице находится самое крупное реанимационное и травматологическое отделение в крае. А первая имеет право на операции по пересадке органов. Для того чтобы разобраться в обстоятельствах дела, создана специальная комиссия.

За год до этого

11 апреля прошлого года в 20-ю городскую больницу Москвы поступили парень и девушка. Парень -- с тяжелой черепно-мозговой травмой, девушка -- с легкими травмами. Через несколько часов врачи констатировали биологическую смерть пострадавшего и вызвали работников московского Центра донорства для операции по забору почек. Кто-то из медперсонала рассказал об этом девушке. Она немедленно позвонила в милицию. В больницу ворвались отряд омоновцев и врачи клинического госпиталя ГУВД. Омоновцы заломили руки служащим больницы, а врачи госпиталя пытались реанимировать погибшего. Безрезультатно. Группа захвата смогла обвинить врачей 20-й больницы только в несоблюдении протокола. Прежде чем забирать почки, они должны были составить свидетельство о смерти пациента, заверить у реаниматолога, завотделом реанимации и судмедэксперта. В наличии у врачей 20-й больницы были только чистые бланки с уже проставленными подписями судебно-медицинских экспертов. Результата судебного разбирательства будут с нетерпением ждать трансплантологи. Потому что со дня инцидента российская трансплантология перестала развиваться. Ученые Российской академии медицинских наук обратились к президенту Путину с открытым письмом -- они рассказали, что милиция и СМИ предвзято относятся к работе трансплантологов. Отрасль в кризисе…

Слово врачу

Директор НИИ трансплантологии и искусственных органов Минздрава России академик РАН, РАМН и РАЕН Валерий Шумаков рассказал о последствиях "дела врачей". Он апеллировал к законодательству. В российском законе практикуется презумпция согласия. Что это значит? Если родственники заявляют протест против изъятия у покойного органов, насильно никто проводить такую операцию не будет. Но если родственников в момент смерти нет рядом и вопрос о возможном заборе органов не обсуждался, врачи не обязаны их искать и спрашивать. Надо, чтобы люди знали об этом пункте заранее. И предупреждали врачей о своем несогласии. Презумпция согласия существует во многих странах. Например, в Испании -- лидере в области пересадки органов. Недавно в Дании ввели такое положение, и количество трансплантаций увеличилось на 30-40%. В России зафиксированную законодательно презумпцию согласия воспринимают как врачебный произвол. На фоне толков о "врачах-убийцах" всегда падает количество пересадок -- перестают поступать донорские органы. Врачи-реаниматологи тоже люди. И если в больнице появится потенциальный донор, они просто не сообщат о нем трансплантологам. Где гарантия, что не нагрянет группа захвата? В России производилось около 1000 пересадок почек в год, пока не случился инцидент в 20-й больнице Москвы. В 2003 году количество пересадок уменьшилось вдвое. Трансплантации в России ждут десятки тысяч человек. И каждая несделанная операция -- упущенная возможность спасти или продлить жизнь больному.

Мы бы тоже могли

В ответ на публикацию в апрельском номере "Огонька" об одновременной пересадке органов в Майами папа девочки двух с половиной лет, спасенной трансплантологами, Сергей Серегин написал в журнальном форуме, что в Москве профессор Сергей Владимирович Готье и его коллеги в отделении трансплантации могли бы делать такие операции не хуже американцев. Только не имеют государственной поддержки и даже, наоборот, страдают от PR-кампании против пересадки органов. Вот история о чуде, которого у нас не может произойти. Хирурги Медицинского центра им. Джексона в Майами пересадили семимесячной девочке восемь органов в ходе одной операции. За последние 10 лет они провели около сотни операций по одновременной пересадке нескольких органов. Алессия ди Маттео родилась с врожденным дефектом гладкой мускулатуры, не позволяющим внутренним органам нормально функционировать. Родители девочки, банковская служащая 39 лет Моника ди Маттео и работник мыльной фабрики 37 лет Паскуале ди Маттео, узнали, что такой ребенок уже был спасен. В 1997 году Эуджениа Борго из Генуи была умирающим грудным ребенком. В Майами ей пересадили одновременно семь органов. Сейчас девочка жива-здорова, ходит в общеобразовательную школу. В семье ди Маттео двое старших детей, оба ребенка родились здоровыми. Родители не захотели мириться с тем, что третья обречена. Через генуэзских хирургов они вышли на семью Борго, потом добились от правительства Италии финансовой помощи -- около $375 000 -- и отправились за океан. Алессию поставили на очередь на органы. Они скоро появились -- в южной Флориде погиб младенец. Алессии достались печень, поджелудочная железа, желудок, толстый и тонкий кишечник, селезенка и две почки. Операция длилась 12 часов. После выписки у Алессии появилась сыпь -- признак отторжения донорских органов. Врачи ждали этого и прописали нужное лекарство. Пока все идет как должно, но прежде чем поздравить медиков с новой победой над смертью, нужно выждать еще год. А девочке, возможно, всю жизнь придется принимать лекарства против отторжения органов.

Брат ради брата

Жизнь ребенка не всегда зависит от смерти другого, как в случае итальянки Алессии и младенца из Флориды. Иногда дети взаимообязаны жизнью друг другу. В Чикаго практикуют создание детей-доноров, отбирая их еще на стадии эмбриона. Таких детей родители заводят специально для больных братьев и сестер. Но при попытках завести донора обычным путем шанс совместимости стволовых клеток будет один из пяти. То есть, возможно, больной ребенок своей жизнью будет обязан пяти братьям. Хотя обычно женщины прерывают беременность на ранних сроках, убедившись, что этот плод не спасет уже живущего больного ребенка. Чтобы помочь родителям родить подходящего младенца, нужна предварительная генетическая диагностика -- она увеличивает шанс найти донора до 98%. Диагностика проводится под руководством доктора Анвера Кулиева из Института репродуктивной генетики в Чикаго. В его лаборатории в 2002-2003 годах метод был применен к девяти парам, обратившимся за подбором ребенка. Было создано 199 эмбрионов, из которых 45 отобраны как подходящие. 28 эмбрионов были пересажены женщинам. Родами закончились пять беременностей. Гуманизм метода в том, что новорожденный не страдает от донорства -- клетки для пересадки берут из пуповины. Но всех неподходящих братьев и сестер убивают в зародыше. С точки зрения церкви эмбрион становится для Бога человеком уже с момента зачатия, поэтому уничтожать неподходящих равносильно убийству. Но ведь и спасать обреченных -- тоже перечить воле Божьей…

Медицинский бестиарий

Суть процесса клонирования многократно пересказана: ядро женской яйцеклетки заменяется на ядро клонируемого объекта. Далее яйцеклетка имплантируется будущей матери. Клон рождается самоценным существом. Как научиться клонировать органы, не прибегая к использованию человеческого эмбриона? Например, использовать эмбрион овцы -- взять стволовые клетки из костного мозга реципиента, ввести их в плод овцы и, когда она появится на свет, ее печень пересадить реципиенту. Пока такого метода еще не существует, но ученые из Университета Невады во главе с Исмаилом Занджани уже сделали первый шаг, чтобы вступить "в особую связь с овцой". Первоначально Занджани хотел узнать, можно ли лечить еще не родившихся детей с генетическими пороками путем введения в плод здоровых стволовых клеток. Лечение на эмбриональной стадии и остается главной целью исследования. Но, проводя эксперименты на животных, Занджани понял, что этот метод может быть попутно использован для выращивания человеческих органов. Толчком смелого проекта послужило следующее исследование Флейка: если извлечь из костного мозга человека стволовые клетки и ввести их в плод овцы, то человеческие клетки станут частью сердечной, кожной, мускульной и жировой тканей животного. Правда, количество человеческих клеток в этих тканях чрезвычайно мало. За несколько лет экспериментов с овцами группа Занджани сумела увеличить содержание человеческих клеток в избранных органах овцы максимум до 15%. По мнению Занджани, решающее значение имеют время и место ввода стволовых клеток в плод животного. Оптимальна середина срока беременности -- до того, как иммунная система плода научилась распознавать инородные клетки, чтобы не возникло отторжения, но уже после того, как сформировались основные анатомические особенности. Это гарантирует, что появляющиеся на свет животные будут выглядеть как нормальные овцы, а не как овцелюди. До реализации метода Занджани далеко -- пройдут десятилетия, прежде чем он будет испытан на человеке. Главная проблема, с которой предстоит разобраться, -- смешение человеческих клеток и клеток овцы. Какие последствия это может иметь? С одной стороны, ДНК животных может принести новые для человека болезни. С другой -- может оказаться, что овца с человеческими клетками -- это нечто большее, чем просто овца.

Читаю новости: в Лондоне будет сделана первая в истории операция по пересадке человеческого лица. 16-летняя ирландская девочка Лена Мари Мерфи получила в детстве ужасные ожоги во время взрыва автомобиля ее отца. Как только совет по этике даст разрешение, Лене поменяют изуродованное ожогами лицо на лицо мертвого донора. Видимо это случится после школьных выпускных Лены. Хирурги отделят лицо от тела человека, скончавшегося за четыре часа до начала операции, срежут с лица верхние слои кожи и пересадят их на лицо девочки. Операция будет выполнена Питером Баттлером, хирургом клиники Royal Free. До и после операции с девочкой будут работать психологи. Если бы я была Филиппом Диком, я бы написала роман, в котором один яппи становится суперменом после того, как преступники похищают у него глаз. Когда-то он был рожден донором для старшего брата и не любим родителями. Он одинок, но ему помогает овца, почти такая же загадочная, как у Мураками, только рожденная в лаборатории. Она получеловек с хорошо развитым аналитическим умом. Яппи выслеживает главаря преступного синдиката, и приговаривает его к конфискации украденных почек, глаз, сердца и желудка. Вырываясь из логова врага, яппи обгорает, но получает в награду от правительства новую кожу и лицо в клинике пластической хирургии… А Филиппом Диком надо быть, чтобы балансировать на тонкой, как лезвие скальпеля, границе между пониманием спасения жизни и принятием чужой смерти ради этого.

Ирина БАХТИНА

0 коммент.:

Отправить комментарий