вторник, 14 декабря 2010 г.

Татьяна Лиознова. Мгновения ее осени

-- Хочу вернуть вас, Татьяна Михайловна, в весну. Хотя бы ненадолго.
-- О чем вы? Я фактически обезножена, передвигаюсь на инвалидной коляске. Голова, правда, пока не подводит, но и в этом мало радости: в моем возрасте и состоянии мысли посещают не самые веселые.
-- А с помощью телевизора отвлечься не пробовали? К примеру, взяли бы да пересмотрели "Мгновения".
-- Я же сказала, что не выжила из ума. Зачем тратить время на фильм, снятый сто лет назад? И раньше-то смотрела его по необходимости, проверяла реакцию зрителей на увиденное.
-- Говорят, первым картину показали Андропову? Якобы ему на дачу возили по две-три смонтированные серии и глава КГБ решал, что убрать, а что оставить.
-- Ерунда! Мне об этом ничего не известно. Знаю другое: Брежнев каждый вечер неотрывно сидел у телевизора, не пропуская ни одной серии, после чего звонил председателю Гостелерадио Лапину. Очень переживал из-за происходящего на экране. Случалось, даже плакал. Однажды так расчувствовался, что побежал к домашней аптечке, желая выпить сердечных капель, но по ошибке схватил слабительное... Еще был случай, когда Леонид Ильич позвонил актрисе Градовой, игравшей радистку Кэт. Стал расспрашивать о здоровье, о детях, успокаивать. Он не видел разницы между артисткой и ее героиней.
-- А еще рассказывают, генсек хотел дать звезду Героя Советского Союза Вячеславу Тихонову. За совершенный подвиг.
-- Не в курсе, кто и что хотел, но факт: Штирлиц действительно стал Героем. Правда, Социалистического труда. А мне за картину дали орден Октябрьской революции. Видимо, в ЦК КПСС посчитали, что при создании фильма актер важнее режиссера... Конечно, это был удар, но не хочу сейчас о нем вспоминать. Таких пощечин мне пришлось вынести немало. Лучше уж рассказывать курьезные эпизоды. К примеру, Фидель Кастро какое-то время недоумевал, почему на каждом вечернем заседании кубинского правительства не досчитывается нескольких ключевых министров. Наконец, Фиделю шепнули, что ответственные товарищи сбегают домой, чтобы посмотреть по телевизору новый советский фильм о разведчиках. Кастро поступил радикально: потребовал привезти ему картину и устроил просмотр для членов правительства. Всех двенадцати серий сразу!
Что же касается Андропова, то он просил изменить в фильме две детали: убрать из титров фамилии реальных консультантов с Лубянки, поскольку это были действующие офицеры разведки, и добавить эпизод о рабочем движении в Германии. Мол, в сериале слабо отражена роль немецкого пролетариата.
Первое пожелание мы выполнили легко, а над вторым пришлось голову поломать. К счастью, вспомнила, что у меня есть кадры хроники с Эрнстом Тельманом. Мы ловко вмонтировали эту сцену в уже готовую серию. Вот и все вмешательство Андропова в фильм. Еще, помню, телевизионное начальство насмерть стояло, чтобы в картине не появился Молотов.
-- Почему?
-- Может, потому, что он был еще жив. В итоге важную для развития сюжета мизансцену вручения ноты советского правительства английскому послу пришлось снимать в урезанном виде, показывая Молотова со спины. Компромисс.
-- Вы были готовы к успеху фильма?
-- Нет, конечно. Мы многим рисковали. Тогда ведь о съемках телесериалов все знали понаслышке, но в итоге наш расчет оказался верен. Люди поверили в экранных героев, им понравилась выбранная нами интонация. Зрителей подкупала и иллюзия документальности картины. Чтобы создать ее, пришлось просмотреть десятки километров военной кинохроники -- нашей и немецкой. Иной раз от увиденного становилось дурно, выбегала из зала, чтобы не упасть в обморок, но все равно заставляла съемочную группу, включая артистов, ездить в Красногорск, в архив кинофотодокументов.
-- Вы смотрели и фильмы Лени Риффеншталь?
-- Конечно. Она необычайно красиво снимала парады нацистов. Огромная людская масса, гигантская силища!
-- Вот-вот! Культ силы. Может, и вам, Татьяна Михайловна, по-женски нравились военные, пусть даже и в форме эссесовцев? Черные мундиры, портупея, фуражки с высокой тульей, витые погоны...
-- Слишком примитивное объяснение! Ни о каком поклонении перед внешней атрибутикой и речи не было. Но в картине действительно есть эпизоды, которые я снимала с особой любовью. Сцены празднования Штирлицем 23 февраля в книге Юлиана Семенова нет. Как и встречи с женой в кабачке "Элефант". Это я придумала, добавила в сценарий.
-- Красиво, но, извините, неправдоподобно.
-- Откуда вы знаете? В процессе работы над фильмом я общалась с нашими разведчиками, они рассказывали еще более потрясающие истории. Например, один из них видел жену буквально пару секунд -- в окне проходящего мимо поезда. Стоял на перроне и даже не мог махнуть рукой вслед...
Что же касается моего личного отношения к мундирам и портупеям нацистов, то не забывайте: у меня на войне погибли отец и три маминых брата. Папа отвоевал на фронтах Первой мировой и после ранения плохо слышал, его не должны были призывать, но он записался в добровольцы. В июне 1941 года я работала старшей пионервожатой в подмосковном лагере, не могла бросить ребят и вернулась домой, когда папа уже ушел на передовую. Он погиб в том же 41-м... Знаете, тот, кто пережил войну, никогда ее не забудет. Это вечная боль и рана.
-- Простите, что разбередил.
-- Чего уж теперь? Весь этот разговор -- одно сплошное воспоминание...
-- Сколько времени, Татьяна Михайловна, шла работа над картиной?
-- Фиг его знает! Года три, наверное. Сериал показали почти сразу, как мы закончили монтаж. Успех был ошеломляющий. Съемочную группу несколько раз представляли к наградам, но потом передумывали. Ленинскую премию не дали, Госпремию СССР... Наверное, начальство рассуждало, что детектив -- низкий жанр, который не заслуживает такой чести.
-- А правда, что вы лично вычеркивали фамилию Таривердиева из списка представленных к Госпремии РСФСР?
-- Нет, список составлял и утверждал Лапин. Но с Микаэлом действительно получилась грустная история...
Таривердиев написал хорошую музыку, правда, почти сразу после выхода картины пошли разговоры, что мелодия очень похожа на "Историю любви" Мишеля Леграна. Я старалась защитить Таривердиева, как-то даже спела со сцены обе мелодии, чтобы показать их различие. Защищала, может, и потому, что сама настояла, чтобы Таривердиев писал музыку к "Мгновениям". Он был тогда весьма популярен и востребован, и мне даже пришлось его уговаривать. Композитор отказывался, приводя весьма своеобразный довод: мол, он не пишет для фильмов, в которых снимают Сталина. В итоге мы все же договорились. Точнее, я решила, что договорились, а Таривердиев сочинил две мелодии и самоустранился. Музыка в этой картине играет большую роль, и я рассчитывала на помощь профессионала. Но ее не было.
-- И вы психанули?
-- Ничуть. Отнеслась к происходящему как к чудачеству. Но когда Микаэл привел другого композитора в качестве напарника, не выдержала и популярно объяснила, что в фильме будет только музыка Таривердиева или ее не останется вовсе. Обиженный Микаэл пытался жаловаться на меня директору картины. Вот вам поступок...
И на перезаписи "Мгновений" Таривердиев не появился ни разу, что совсем уже непростительно. Чем, вы думаете, закончилась эпопея? После выхода картины Микаэл дал интервью, где рассказал, что это была необычная работа, поскольку впервые в жизни ему пришлось монтировать музыку к уже завершенному фильму. Представляете? Фантастика!
-- А с поиском исполнителя песен проблем не возникало?
-- Мы перепробовали всех лучших певцов Советского Союза. Называйте любое имя -- не ошибетесь. Трошин, Мулерман, Лещенко...
-- Магомаев?
-- Это статья особая. Считаю, отечественное кино потеряло в лице Муслима отличного актера. Красавец, фактурный, характерный, с замечательным голосом... Очень хотела снять его в какой-нибудь картине, мы даже обсуждали это. Не случилось. Но уж в том, что песни в "Мгновениях" должен исполнять Магомаев, я не сомневалась. Встретились, я рассказала, что у песен в моем фильме весьма жесткие берега, что мне нужна не демонстрация голосовых данных, а внутренняя энергия, нерв. Словом, добивалась вполне определенного звучания. Магомаев сказал: "Наверное, не справлюсь". Постаралась развеять сомнения, и мы начали записываться. Первый дубль, второй, третий... И тут Муслиму пришло приглашение из Италии -- стажировка в "Ла-Скала". Вылет -- через сутки. Что делать? Решили работать до конца: успеем! И действительно, талантливый человек, Магомаев последнюю пробу записал блестяще, но... перепутал слова в заключительном куплете. Бросились искать свободную студию, умоляли руководство Дома звукозаписи дать еще хоть четверть смены, но все было забито... На следующий день Магомаев улетел в Милан, прося обязательно его дождаться. Однако производство фильма -- конвейер, разве можно его остановить?
-- И тогда возник Кобзон.
-- Кстати, единственный, против кого категорически возражал Таривердиев: они из-за чего-то поссорились накануне. Когда записывался Иосиф, мне приходилось расставлять на лестничных клетках кордоны, которые извещали о приближении Микаэла. Прямо как в фильме: "Штирлиц идет по коридору..." Я прятала Кобзона от Таривердиева!
-- А почему Иосиф Давыдович в титры картины не попал?
-- Я же объяснила: кино -- это процесс. Когда заказывались титры, фамилия исполнителя песен еще не была известна. Позже справедливость восстановили...
-- Вы недавно отказались сниматься в документальном фильме к юбилею Вячеслава Тихонова. Обида?
-- При чем здесь это? Меня никто особенно и не звал на съемки.
-- Не простили вы Тихонову звезду Героя, ох, не простили...
-- Не коллекционирую я старые уколы судьбы, поймите! Хотя, если вдуматься, формулировка в указе о награждении меня орденом Октябрьской революции звучит издевательски: "За активное участие в создании картины".
-- Все равно что отметить писателя за участие в создании книги...
-- Ну да. Только к Тихонову это отношения не имеет, не он же решал, кому давать, что и за что...
-- На место Штирлица много претендентов было?
-- Несколько актеров с равным успехом могли справиться с этой ролью, но некоторые уже играли нечто подобное, а Тихонов был свободен и от других съемок, и от работы в театре. Кинопробы я не любила, больше доверяя фото. Особой дружбы с актерами никогда не водила и после "Мгновений" общалась с Тихоновым преимущественно по делу -- когда надо было ехать куда-нибудь с творческим вечером. На бесплатные выступления даже не приглашала, обычно звала Броневого, тот мне не отказывал, наверное, в благодарность за первую большую роль в кино.
-- Но сегодня и Броневой вроде бы на вас дуется. Знаете причину?
-- Глупости это, в которые я не вникаю. Помню, Броневой звонил и жаловался, что не может с женой выйти из дома: у подъезда толпа поклонников. А через какое-то время уже сокрушался, что люди на улице перестали его узнавать... Актеры как дети, по большей части, дурные дети...
-- Вы давно кочуете по больницам. Кто-то из съемочной группы "Мгновений" вас навещает, Татьяна Михайловна?
-- Нет. Тихонов изредка звонит, Табаков... Сейчас вот Олег оплатил месяц моего пребывания здесь. Девяносто тысяч рублей. Сумма!
-- А за показ фильма телеканалы вам что-нибудь платят?
-- Ни копейки. Ни мне, ни артистам. Ни за "Мгновения", ни за "Три тополя на Плющихе", ни за другие мои картины. А вот уродующую все рекламу вставлять не забывают, безбожно кромсают фильмы... Я уже на все махнула рукой, ни у кого ничего не прошу. И милости не жду. Вы тут про весну говорили, а у меня давно осень на дворе, глубокая осень...
Андрей ВАНДЕНКО

"Я не понимаю, чем сейчас дышат по ту сторону экрана..."
Татьяна Михайловна Лиознова родилась 20 июля 1924 года. После школы она поступила во ВГИК на курс Сергея Герасимова и Тамары Макаровой. По окончании режиссерского факультета института Лиознова какое-то время работала бок о бок с Герасимовым.
Однажды ей в руки попался журнал "Знамя", где была опубликована повесть "Семнадцать мгновений весны". "Юлиан Семенов был проворный до чрезвычайности, -- рассказывает Лиознова, -- и когда я заявила, что буду снимать "Семнадцать мгновений...", он удивленно на меня посмотрел: "Тань, да ты что, я уже его продал в Ленинград и деньги получил". Я не растерялась и в запальчивости ему говорю, что мне наплевать, продан сценарий или нет, но этот фильм буду снимать я! И точка". И тогда Юлиан совершил настоящий Поступок: послал телеграмму Лапину, председателю комитета по телевидению, в которой сообщил, что отзывает сценарий с "Ленфильма" и передает его мне. Причем деньги, полученные за сценарий, он уже выслал в Ленинград переводом".
Когда Татьяна Михайловна взяла в руки присланный из Ленинграда сценарий, ее ожидал шок: все было совсем не так, как в книге. На каждой странице -- по пять трупов. Семенов в это время спокойно уехал на охоту, а Лиознова засела за работу -- писать одновременно литературный и режиссерский сценарии.
Во время съемок актеры, мягко говоря, побаивались режиссера. Характер у Татьяны Михайловны очень жесткий, она вполне могла приложить кого-нибудь крепким словцом. Но -- только по делу. Все эти "плохие дети", как называет актеров Лиознова, обязаны железной леди советского кинематографа той славой, которая обрушилась на них после выхода фильма на экраны и бремя которой они несут и по сей день.
После "Мгновений..." Татьяна Михайловна в 1981 году сняла только "Карнавал" с Ириной Муравьевой в главной роли. А на постоянно задаваемый ей вопрос "почему?" отвечала: "Я не понимаю, чем сейчас дышит аудитория, сидящая по ту сторону экрана".
В 1998 году Лиознова согласилась на предложение Леонида Парфенова совершить путешествие "по штирлицевским местам" и рассказать о съемках своего легендарного фильма, которые и сами уже стали мифом.
В последнее время Татьяна Михайловна сильно болеет. Весной прошлого года ей удалили доброкачественную опухоль, а чуть позже летом она попала в больницу с диагнозом инсульт, тогда врачи буквально вытащили Татьяну Михайловну с того света. Это был очень тяжелый период в ее жизни. После инсульта Лиознова долго восстанавливалась в Институте нейрохирургии им. Бурденко. Сейчас она дома, соседи говорят, что у нее редко кто бывает. Пару раз видели Тихонова, несколько раз Броневого...
На каждый юбилей "Семнадцати мгновений весны" Татьяну Михайловну Лиознову обязательно приглашают в Кремль.
Инна ЩЕТИНИНА

Никогда еще он не был так близок к провалу
Ляпы любимого фильма

* В Берне нет Цветочной улицы. Зато есть Цветочный переулок.
* Помните, когда в машине Штирлица по радио звучит голос Эдит Пиаф, пастор Шлаг поругивает певицу, а Штирлиц обещает, что ее голос переживет века? Песня "Я не жалею ни о чем" была написана через пятнадцать лет после того, как пастор отправился в поход через Альпы.
* В финале Штирлиц сидит на немецком пригорке, а мимо проносятся "Жигули". А когда Штирлиц спит в своей машине после трудного задания, мимо проезжает ЗИЛ-самосвал с прицепом.
* В Берлине Штирлиц садится в поезд Berlin -- Bern. Не возбраняется. Но когда он подходит к дверям вагона, на табличке отчетливо видно: "Мест: для сидения -- 56, спальных -- 38".
* Когда Штирлиц прощается с русским агентом ("Вы правы, незачем тащить это через три границы") на вокзале у поезда, он стоит у вагона, на котором выбита надпись: "Тара 58 тонн".
* Штирлиц идет по коридору и заходит в комнату № ... Сцена снята из коридора. Штирлиц входит в комнату, закрывает дверь -- но перед тем, как он ее закрыл, видно, что номера на двери нет вообще.
* В сцене на аэродроме, когда стараниями Штирлица неласково принимают фашистского посланника на мирных переговорах с американцами в Швейцарии (Лановой), встречают его на уазике, который появился лет 30 спустя. При этом выходит Лановой из самолета Ли-2.
* В сцене пересечения границы Штирлицем и Кэт, где они изображают супружескую пару, у "женатого" Штирлица кольцо на правой руке. Он еще никогда не был так близок к провалу.

Информация к размышлению
Крылатые фразы

Штирлиц прогуливается по лесу вместе с фрау Заурих. Старая дама собирает цветы и между делом обращается к Штирлицу:
-- Вот эта трава хорошо помогает при больной печени... У вас больная печень?
-- Нет.
-- Жаль...
-- Штирлиц, а вас я попрошу остаться...
-- Сейчас верить нельзя никому. Даже себе. Мне можно.
-- В любви я -- Эйнштейн!
-- Истинная арийка. Характер нордический, стойкий. Безукоризненно выполняет служебный долг.
-- Не зарывайтесь, Штирлиц! Не зарывайтесь!
-- Нет, нет. Ну, что знают двое, то знает свинья.
-- Нет, ничего, валяйте, со мной можно, с другими не советую.
-- Никогда еще Штирлиц не был так близок к провалу.
-- Ну хватит! Что вы, словно мальчик, пускаете туман, или вас зовут Монте-Кристо?
-- Что это значит?! Вы что, с ума сошли, Штирлиц?!
-- Я закрою глаза, а вы шандарахнете по голове, как Холтофа.
-- Я не верю в это, а в общем... Покажите. Мне как-то показывали, но я не верю этому.

Как Брежнев наградил Штирлица
* Замысел книги о разведчике, внедренном в нацистские структуры, родился в КГБ. Дочь Юлиана Семенова говорит, что идея написать роман о разведчиках, работавших в фашистской Германии, появилась у отца после звонка Юрия Андропова. "В конце 1960-х Андропов позвонил и сказал, что настало время рассказать о работе наших разведчиков в фашистской Германии", -- вспоминает она.
* Сериал сделан настолько профессионально, что стал учебным пособием для будущих разведчиков в школах КГБ.
* Штирлица-Исаева в действительности не существовало. Жизнь этому образу дали пять прототипов (один из них -- Рихард Зорге).
* Анна Филоненко стала прообразом радистки Кэт, а игравший Штирлица Тихонов многое позаимствовал у Михаила Филоненко -- близкого друга Юлиана Семенова.
* Штирлицем мог стать Арчил Гомиашвили, игравший Остапа Бендера, а Гитлером -- Леонид Куравлев.
* "Когда Татьяна Лиознова решила попробовать меня на роль Штирлица, -- вспоминает Тихонов, -- я пришел на студию, чтобы сделать фотопробу. Для себя решил так: Штирлиц там один среди врагов -- а все они "мечтают быть похожими на своего фюрера". И соорудил себе гитлеровские усики. Когда мою фотографию показали Лиозновой, она пришла в ужас. "Уберите сейчас же! -- говорит. -- Это страшно!" Я потом посмотрел на это фото -- действительно, кошмар".
* На руке штандартенфюрера Штирлица гордо красуется наколка "Слава". "Это как раз было начало войны. Тогда все ходили с наколками -- так модно было. Все украшали себя именами первых девочек, а у меня тогда девочки не было -- ну и вот, -- вспоминает Тихонов, -- а потом никак не мог это дело вытравить. Пришлось двух князей с наколкой играть".
Поэтому в сцене, где Штирлиц в камере собирает из спичек фигурки животных, крупным планом показаны руки другого человека.
* Вспоминает художник по костюмам Мариам Быховская: "У нас был консультант по фамилии Браун (как отрекомендовал этого человека в своем фильме Леонид Парфенов, "милейший человек, бывший эсэсовец". -- Ред.). Ни одного костюма мы не выпускали без его утверждения. Все было учтено -- от маленьких значков до петлиц и погон. Костюмы шились мастерами из генеральских ателье. Когда приехали на съемку в Германию, немцы одели массовку так безграмотно, что у Лиозновой испортилось настроение. На следующий день уже мы сами одели статистов так, что немцы были потрясены".
* "Сцены в разрушенном Берлине, -- говорит звукорежиссер Леонард Бухов, -- мы снимали в Германии. Как раз в это время в немецкой столице активно сносили старые дома. Это позволило снять настоящие руины. В фильме есть даже взрывы, которые имитировали бомбардировку Берлина. Эти кадры монтировались встык с военной хроникой, и иллюзия подлинности оказалась полной".
* "Мерседес" Штирлица был найден в СССР. В ГДР авто отправилось в специальном контейнере.
* Сериал (премьера состоялась в августе 1973 года) стал сенсацией. Вечерами улицы пустели. Падал не только уровень преступности, но и уровень потребления воды в городах! Вместо того чтобы бриться-мыться, население сидело у телевизора. Кое-где резервуары даже переполнялись невостребованной влагой.
* "Я снималась всего один-два дня, -- вспоминает Инна Ульянова (нетрезвая дама с лисой из ресторана). -- Это было в кафе "Лира" на улице Горького, ныне Тверской (сейчас там "Макдоналдс"). Работали ночью, когда кафе было свободно. Нагнали дикое количество "Мерседесов". До этого я снималась много, но все это были эпизодики. А роль дамы с лисой стала прорывом..."
При этом в кадре Ульянова находится секунд 30.
* Леониду Брежневу так понравилось кино, что он распорядился наградить полковника Исаева звездой Героя Советского Союза. Однако разведчик с такой фамилией в списках органов не значился. Нерастраченная нежность генсека обрушилась на Тихонова. В 1974 году он получил звание народного артиста СССР, а спустя два года стал лауреатом Госпремии РСФСР.
* Роль Льва Дурова в фильме -- крошечная: его Клауса убивают в самом начале. Он даже отказаться хотел: зачем играть, да еще такого гада! Эпизод стал одной из лучших ролей актера. Уже тридцать лет как фильм вышел на телеэкраны. А вкусы негодяя Клауса помнят до сих пор: хорошие рыбные консервы в масле.
* В маленьком городке Гроховец Владимирской области собираются установить памятник штандартенфюреру СС Штирлицу, который на самом деле был советским разведчиком Максимом Исаевым. Правда, если лет через пятьдесят роман Ю. Семенова и фильм Т. Лиозновой окажутся забытыми, то очень трудно будет объяснить подрастающему поколению, почему в русской глубинке бодро возвышается бронзовая фигура эсэсовца.
* Как-то Вячеславу Тихонову на даче стало плохо с сердцем. Время позднее, врачей рядом нет. Правда, неподалеку военный госпиталь -- туда его родные и привезли. Доктор в приемном отделении заполняет карту: "Фамилия, имя, отчество?" Артист говорит: "Тихонов, Вячеслав Васильевич". Врач спрашивает дальше: "Воинское звание?" -- "Штандартенфюрер", -- отвечает. Доктор поднял глаза, вгляделся: "Ох, извините, не узнал..."
* По замыслу Юлиана Семенова, вернувшийся в Берлин Штирлиц погибнет. Но Татьяна Лиознова не захотела при этом присутствовать. И спасибо ей, что не позволила присутствовать при этом зрителям.
Семенов потом свое мнение насчет гибели своего героя изменил. Как-то после отдыха на болгарских зимних курортах он загорелся написать продолжение своих "Семнадцати мгновений весны" и поставить еще одиннадцать серий. Он хотел, чтобы его Штирлиц каким-то образом был связан с Болгарией, и даже задавал вслух самому себе вопрос о том, кто же сыграет Максима Максимовича в новых сериях. "Конечно, Тихонов сыграл гениально. Но возраст!" -- восклицал Семенов...
Продолжение он так и не написал.
И. Щ.

0 коммент.:

Отправить комментарий