вторник, 31 августа 2010 г.

Кому принадлежит наше тело?

Вы думаете, что ваши печень, почки, сердце, кожа, клетки и ДНК принадлежат вам? Да, они с вами с самого рождения и вы их привыкли считать своими. А документ, подтверждающий право собственности, у вас есть? Нет? Тогда поспешите его оформить, пока с вами не случилось то же, что с неким Джоном Муром.

Летом 1976 года он заболел. Синяки по всему телу, кровоточащие десны... А складка на животе, которую он всегда считал просто жиром от неумеренного потребления пива и гамбургеров, вдруг стала красной и болезненной. Оказалось, что у Мура — редчайший вид лейкемии. Рак поселился в его селезенке, и она, вместо того чтобы перерабатывать старые кровяные клетки, пожирала их ВСЕ. Врачи сразу сказали, что надежды нет. Однако Мур нашел в Калифорнийском университете одного специалиста, доктора Голда, который взялся удалить больную селезенку.
Операция заняла три часа. Обычно селезенка весит около 200 граммов, разбухший орган Джона Мура потянул на 6 кило...
Лопни моя селезенка!
Окрепнув, Джон вернулся к нормальной жизни и только раз в год являлся на контрольный прием к доктору Голду. А через семь лет регулярных путешествий в Калифорнию медсестра принесла пациенту на подпись контракт. Мур прочитал его, но не понял, о "передаче" каких прав идет речь. На всякий случай ничего подписывать не стал. Однако, вернувшись домой, обнаружил у себя в почтовом ящике точно такой же. Дело было явно нечисто, и он отнес контракт своему адвокату.
Когда адвокат объяснил Муру, в чем дело, того чуть не хватил удар. Оказалось, что часть клеток уникальной селезенки Мура доктор размножил в питательной среде. Образцы запатентовал и предложил разным фармацевтическим компаниям. Одна из них согласилась заплатить 1,5 миллиона долларов. За клетки, которые, казалось бы, принадлежали Джону Муру.
Естественно, Мур подал в суд на предприимчивого хирурга. Но Верховный суд Калифорнии решил, что Голд клеток не крал. Поскольку эти клетки Муру вовсе не принадлежали. Возможно, они из его тела, возможно, в них содержится ДНК Мура, но если бы они принадлежали Муру, у Голда не было бы на них патента. А у Мура патента нет, значит, нет прав собственности. Одним словом, хозяином селезенки Джона Мура был не Джон Мур. А тот, кто имел на нее патент.
И по винтикам, по кирпичикам...
И у вас тоже нет прав. Ни на вашу кровь, ни на клетки, ни на гены. И поздно подавать заявку -- все уже запатентовано.
Возьмем, к примеру, ген BRCA1. Возможно, он есть у вас. Или у вашей жены, сестры или матери. Этот ген отвечает за рак груди. Но если вы захотите найти его у себя, это обойдется в копеечку. Разрешение на работу с этим геном стоит 2,5 тысячи долларов. Потому что владеет геном BRCA1 американская компания "Myriad Genetics" в Солт-Лейк-Сити. У нее и патент есть.
И это касается не только гена BRCA1. Запатентовано уже около тысячи генов человека. Среди них есть гены, которые отвечают за развитие болезни Альцгеймера, за эпилепсию и рак мозга. Исследователи платят порой миллионы долларов, чтобы добыть разрешение на поиски лекарства от этих болезней.
Потому что гены запатентованы.
Патентуют сегодня не только гены. Есть, например, патент на пуповинную кровь. Если новорожденному младенцу понадобится кровь из его собственной пуповины, то бесплатно он ее не получит. Еще есть швейцарская компания "Новартис", которая обладает патентом на костный мозг. При трансплантации костного мозга придется заплатить этой компании. Некоторые компании владеют патентами на лабораторных животных.
Можно запатентовать и человека. В 1995 году Министерству здравоохранения США был выдан патент на клеточную культуру, взятую из людей племени хагай из Папуа-Новая Гвинея. Хагаи обладают стойким иммунитетом к некоторым заболеваниям, и значит, представляют ценность для науки. Запатентованы клетки жителей Соломоновых островов и членов племени гвайми из Панамы.
25 лет назад закон о патентах защищал изобретения, сделанные (выращенные) на американской земле. Но прогресс не остановить. И теперь американский закон о патентах распространяется еще на 90 иностранных государств и даже на "любые предметы, сделанные, использующиеся или продающиеся в космическом пространстве". Вот так!
Но замечу в скобках, что не все так плохо для России. Во-первых потому, что согласно российскому патентному праву, не признается нарушением исключительного права патентообладателя проведение научного исследования или эксперимента над средством, содержащим изобретение, защищенное патентом.
Мы, конечно, в полной мере оплачиваем выплаты патентодержателям, покупая импортное медоборудование. Они просто включены в стоимость. Но зато наши исследователи в разбросанных по России малоизвестных лабораториях, и думать не думают о выплатах собственникам генов за океаном. Думаю, что и те тоже не отслеживают все случаи работы с защищенными патентом клетками -- что с нас, сирых и наглых, взять!
А этот гибрид -- мой!
Все эти годы, пока американцы методично патентовали себе кусочки наших тел и частички живой жизни в природе, за этим своеобразным бизнесом следил Джереми Рифкин, директор Фонда экономических тенденций. И боролся с ним как мог. "Рабство отменено. И целым человеком теперь владеть нельзя, -- говорит он. -- Зато можно владеть им по частям. Гены, клетки, хромосомы, органы, ткани и целые организмы. Но что произойдет, когда правительство провозгласит природу изобретением?"
В конце концов и сама жизнь -- это изобретение. За 20 лет бесплодной борьбы против бизнеса в науке Рифкин понял, что протестами его не достанешь. И вооружился патентом на все гибриды человека и животного. Этот патент даст ему эксклюзивное право решать, кто может смешивать ДНК человека и животного, а кто нет.
Генетики уже подошли к этому рубежу. Компания "Некстран" смешивает ДНК человека и свиней, чтобы вырастить свиную печень, пригодную для пересадки человеку. Группа ученых в Великобритании проводит подобные эксперименты с лягушками.
Своим патентом Рифкин собирается действовать как оружием, чтобы предотвратить безбожное выведение гибрида человека и животного.
Валентина БОГОМОЛОВА

0 коммент.:

Отправить комментарий