среда, 20 апреля 2011 г.

Говорим мы чужими словами...



Цитаты в нашей жизни
Сперва хороших фильмов было мало. В принципе, их всегда немного, но в сталинское время фильмов было мало вообще. Именно поэтому неизбалованный зритель запоминал наизусть все подряд. И оцените, какой глубокий след оставляли мало-мальски живые фразы, если до сих пор "Муля, не нервируй меня!", "Я не волшебник, я только учусь" или "Эх, коротка кольчужка!" памятны нам. Может быть, многие уже и забыли, что одна из них -- из "Подкидыша" с несравненной Раневской, вторая -- из "Золушки", а третья -- из "Александра Невского". Картины эти показывают редко. Но эти фразы -- они остались.
Самые лучшие фильмы разобрали на анекдоты и цитаты: "Тихо! Чапай думать будет!", "Штирлиц шел по коридору", "Вор должен сидеть в тюрьме!", "Восток -- дело тонкое", "Не учите меня жить -- лучше помогите материально!".

Меткие фразы приходились к месту в любых разговорах, в любой социальной среде. В нынешнем парламенте неоднократно звучит бессмертное: "Огласите весь список, пожалуйста!", травматологи спрашивают: "Что, шел-упал-споткнулся?", а из великого французского языка каждый россиянин твердо знает только эту фразу "Месье! Же не манж па сис жур".
Интересно, что киношные слова Александра Невского "Кто с мечом к нам придет, тот от меча и погибнет!" уже на полном серьезе приписывают реальному князю; о Бразилии нам известно в основном то, что там много диких обезьян и все мулаты в белых штанах; а шампанское по утрам пьют, как известно, только аристократы и дегенераты.
Причем знают это все -- ибо сила киношной цитаты в разы превышает мощь цитаты из книжки.
Сегодня крылатые фразы нашего кино настолько вошли в лексикон, что люди порой даже не догадываются, что народные выражения изобрели киношники. Популярны как пословицы выражения из "Кин-Дза-Дзы" ("Скрипач не нужен", "Ку!"), "Иронии судьбы" ("Какая гадость эта ваша заливная рыба"), "Снежной королевы" ("Ах, вот ты какой, северный олень"), "Москва слезам не верит" ("Не учите меня жить, лучше помогите материально"), "Берегись автомобиля" ("Тебя посодют, а ты не воруй").
Если иноземец попытается найти в популярных фразочках какой бы то ни было здравый смысл -- он отступит. Потому что наряду с разумными фразами вроде "За чужой счет пьют даже трезвенники и язвенники" или "Выпьем за то, чтобы наши желания всегда совпадали с нашими возможностями" встречается подобный бред: "А у нас управдом -- друг человека!", "У меня двое детей -- мальчик и... тоже мальчик", "А точно такой же, только с перламутровыми пуговицами есть?" или совсем уж непонятное "Абырвалг!".
Поэтому никто в цитатах смысла не ищет. А вот хорошее настроение -- пожалуйста!
Если советское кино до сих пор объединяет нас цитатами из восхитительных фильмов Гайдая, Рязанова, Говорухина, Захарова, Данелия, то постсоветское, получившее относительную свободу, пока вровень с хитами советской классики встать не может. Согласно опросам цитаты из современных фильмов могут вспомнить не более половины отвечающих граждан. "Бумер" ("Карты на стол, а стволы под стол", "Не мы такие, жизнь такая"), "Ширли-мырли" ("Прости меня, Васенька, дуру грешную!"), "Особенности национальной охоты" ("Ну вы, блин, даете", "Где эта сволочь?", серия тостов "Ну, за...") и несколько звучных фраз из "Брата" -- ("В чем сила, брат?", "Он умер", "А музыка ваша американская -- говно") -- вот, собственно и все, что смогли выдавить из себя респонденты.
Однако удивительно ли это? Ведь на смену русскому кино полновластно утвердился на экранах его величество Голливуд. И вот там теперь вроде бы должны черпать мы "культовые" цитаты.
Но этого не происходит. Из всех американских фильмов в наш обиход вошли только несколько фраз. "Моя прелес-сть" да "Я сделаю ему предложение, от которого он не сможет отказаться".
Остальное -- наше, отечественное.
Но вот откуда в основном берем мы наши цитаты?
Задумаемся?

Поденки
В "Словаре современных цитат" знатоками собрано около 4300 ходячих цитат и выражений ХХ века. Из фильмов, книг, песен, эстрады. Как памятник прошедшей эпохе.
Конечно, мы помним далеко не все из этого. Наши дети уже никогда не поймут, над чем мы смеемся в монологе: "Ах в греческом зале, в греческом зале! Мышь белая! Стоял твой Аполлон 200 лет без селедки, теперь с селедкой постоит!" Им непонятно название "Калинарный техникум", сожаление о невозможности "выслушать начальника транспортного цеха", или рассуждение о раках -- больших вчера по пять и сегодня маленьких -- по три. Ушел в прошлое тот самый "дефсит", когда "через завсклад, через товаровед, через директор магазин...", исчезла страна, где гремели Миронова и Менакер, Тарапунька и Штепсель, Ильченко и Карцев, Вероника Маврикиевна с Авдотьей Никитичной. Разухабистая эстрада выдает на-гора все больше юморесок, скетчей, хохмочек... Но их много так, что не находится в компании двух человек, готовых цитировать Новикову или Коклюшкина, да так, чтобы остальные радостно подхватили фразу.
Самая запоминающаяся -- и самая недолговечная -- это рекламная цитата. Запустить ее -- раз плюнуть! Сделать, чтобы запомнилась на годы, -- нереально. Вы не вспомните рекламных роликов девяностых годов. Тем более восьмидесятых. И остались пока еще запавшие в душу диалоги неплохих актеров: "Деточка! Ты же лопнешь!" - "А ты налей и отойди..." и "Ты где был?" - "Пиво пил".
Лишь пепси, настойчиво долбящая в мозг свой фирменный пароль, смогла-таки оставить у нас цельную фразу: "Новое поколение выбирает пепси.
И рекламные цитаты сходят в анекдоты: "Ты видел, чтобы я наши яблочки какой-нибудь гадостью поливал?" - "Дед, я же глухой, а не слепой!" или "Дохлый кот без всяких хлопот".

Прочитал "Горе от ума" -- не понравилось. Одни цитаты!
Как тщится наша школа создать хоть какую-то объединяющую всех базу цитат! Уж сколько лет подряд долбит одни и те же книжки. Но кроме "Раскольников убил старушку топором, Герасим утопил Муму, а Анна Каренина легла под поезд" -- многие выпускники из великой русской прозы не помнят ну решительно же ничего! Хотя нет! "Спокойно, Маша, я -- Дубровский!" -- знают даже те, кто Пушкина не открывал вообще никогда. Культовая фраза всех времен и поколений!
То есть продвинутые дети могут процитировать "Красотою мир спасется", пафосно возгласить: "В человеке все должно быть прекрасно!" или согласиться, что "Все счастливые семьи счастливы одинаково". Однако основная масса не помнит даже хрестоматийное "Береги честь смолоду!"
Чуть больше везет поэзии. Правда, редкий старшеклассник точно назовет вам авторов цитируемых строчек. Не по своей глупости -- а по их затертости.
"Скажи-ка дядя, ведь недаром!", "Сижу за решеткой, в темнице сырой", "Белеет парус одинокий в тумане моря голубом", "Я пришел к тебе с приветом".
Кстати, а вы сами твердо уверены, что про привет написал Тютчев, а не, скажем, Фет? Уверены? А зря! Как раз Фет.
И все же грех жаловаться -- эти строчки объединяют нас. У подростков они на слуху из-за того, что школа недалека, а у стариков -- оттого, что когда-то хорошо учили. Качественно. И в этом смысле тяжко пришлось Маяковскому: "Мы говорим -- Ленин, подразумеваем партия!", как и стихи о советском паспорте, ушли в прошлое.
Повезло Блоку. Его недавно целым стихотворением прочли в рекламном ролике! И сразу строчки "Ночь, улица, фонарь, аптека" получили буквально второе дыхание. А еще мы по-прежнему пафосно восклицаем: "Да, скифы мы! Да, азиаты мы!" или вспоминаем: "Дыша духами и туманами"...
Почетное место занимают в наших цитатниках басни. Можете проверить: продолжите строчки сами. И суньте их вашим детям -- пусть припомнят. "А вы друзья, как ни садитесь...", "Вороне где-то бог...", "Ай, Моська, знать она сильна...", "Где под каждым ей кустом...", "Ты виноват уж тем...", "За что же, не боясь греха, кукушка хвалит петуха?", "А Васька слушает...".
"Крылов рулит! -- одобрительно высказался парнишка, которого опрашивала я на предмет знания классики. -- Хотя Грибоедов круче!"
Еще бы! Штук тридцать его строк перешли в разряд афоризмов: "А судьи кто?!", "Служить бы рад, -- прислуживаться тошно!" А фразочка "Счастливые часов не наблюдают" уже стала аксиомой. "Да я счастливая!" -- слышу ответ на вопрос о времени. Все понятно -- человек не при часах нынче.
И еще цитируем мы Гоголя, Фонвизина, Леонида Филатова. В общем, есть, есть у наших поколений хоть какая-то общая база.
Хотя с зарубежными классиками -- просто беда! Кроме Вильяма нашего Шекспира -- все эти "Быть или не быть?!", "Коня, полцарства за коня!", "Бедного Йорика" и "Молилась ли ты на ночь, Дездемона?!" -- никого толком и не знаем. Но Шекспиру спасибо -- благодаря ему и мы, и наши дети твердо уверены, что весь мир театр и нет повести печальнее на свете, чем повесть о Ромео...
Ну хоть что-то мы с ними знаем заодно.
Хотя школьные учителя мечтали бы о большем. Ха! Пусть радуются хотя бы тому, что иногда подросток может брякнуть: "Из лесу вестимо!" -- на вопрос "Откуда?", а не шарахнет по вам обширной и малопристойной цитатой из Гоблиновского перевода "Стремного городка Саус-парк".

Цитата как пароль
Когда двое -- да в 30-е годы -- могли невзначай ввернуть в разговор фразочки, с виду совершенно нелепые:
-- Утром деньги -- вечером стулья. Вечером деньги -- утром стулья.
-- А можно так -- утром стулья, а вечером деньги?
-- Можно, но деньги -- вперед!

Так вот, люди неосведомленные только плечами пожимали. А двое -- как заговорщики -- знали, что они причастны. Что они -- СВОИ. Потому что разговаривать цитатами из полузапретной книги было шикарно! Если по-современному -- гламурно и готично.
Чем, кстати, не "Горе от ума"? Его во времена оны тоже цитировали с оглядкой. Но не поминать не могли -- уж очень хорошо ложились в речь меткие словечки.
Знатоки наизусть заучивали целые страницы ильф-петровского текста, и каждый, кто мог похвастаться знакомством с Великим Комбинатором, молчаливо принимался в некое тайное общество -- ведь "Двенадцать стульев" и Золотой теленок" официально были изъяты из школьной программы по истории советской литературы и не переиздавались до хрущевских времен.
Фильмы с Юрским и с Гомиашвили в роли потомка турецкоподданного вывели книжку в массы. И нынешние дети не знают, что некогда эти веселые простенькие фразы служили чем-то вроде пароля.
Впрочем, такой ценностью к тому времени стали обладать другие книги. Достаточно было в интеллигентной компании многозначительно произнести что-то вроде "Аннушка уже разлила масло!" -- как к тебе начинали присматриваться: как же! Человек читал Булгакова! Напечатанный единожды и разошедшийся по стране в бесчисленных списках роман "Мастер и Маргарита". Про дьявола и Христа, которых правильным советским людям поминать не полагалось.
Цитаты были знаком избранности и причастности. Особенно из книг редких, полузапретных. Я и сейчас с интересом приглядываюсь к человеку, который скажет "Счастье всем даром, и чтоб никто не ушел обиженным". Спросит "Выбегалло забегалло?" или решит, что "двум благородным донам" есть куда съездить. Стругацкие -- авторы в высшей степени культовые (да простят мне это модное слово знатоки... "Знатоки! Убивать надо таких знатоков!" Узнаете?)
Но время сейчас заполошное. Все труднее жить медленно, перечитывать книги так, чтобы фразы оставались в голове -- да еще у многих. И поклонники Кастанеды (вариант -- Паоло Куэльо или Дэна Брауна, или Фридриха Ницше) пересекаются, произнеся какие-то цитаты из любимых авторов. Но массово цитируемых книг не стало. Исчезла "избранность" пароля -- мы можем прочитать все, общество рыхло и не делится по идеологиям.
Однако надобность в "закрытых" сообществах не исчезает. Помню, как счастливые обладатели интернетовской связи узнавали друг друга по дурацким фразам: "Это не дура! Это лошадь" или "Пошел он в жопу, директор!".
Смешная калечная Масяня была в моде до тех пор, пока не стала всеобщей собственностью. Ее фразочки "Пойдем-ка, покурим-ка" или "А я-то в советские времена -- О-о!" растиражировали, саму ее вывели на телевизионный экран... И она перестала быть для "избранной части" фигурой объединяющей.
Зато неизвестного автора фразы из ЖЖ (LiveJournal) на гребне. Модны цитаты "Афтар жжот!" или "В Бобруйск, жывотное!" -- они снова очерчивают круг "посвященных" в это новое увлечение.
Наверное, такие цитаты будут всегда -- пока есть у человека желание выделиться и объединиться. Странно ли, что люди увлеченные часто ищут друг друга по "паролям" -- фразам из культовых их книг, фильмов, компьютерных игр.
Цитата как пароль -- она останется.

Елена КАРЕВА

0 коммент.:

Отправить комментарий