понедельник, 4 апреля 2011 г.

Почем фунт героя


Сердце Че Гевары
"Че был прекрасен даже после смерти, -- говорит Хулия Кортес, и ее глаза наполняются слезами. -- Его глаза, руки, губы нельзя было не полюбить". Сельская учительница Хулия была последней женщиной в жизни команданте Че Гевары. Его привезли в деревеньку Ла-Игуэро и оставили связанным в классе школы. Ему не оказали медицинской помощи, и если бы не женщины -- учительница и жена местного телеграфиста -- никто не дал бы поесть до самой смерти. Его расстреляли после того, как по радио было объявлено, что легендарный предводитель партизанского отряда погиб в бою 8 октября. Для мира он уже был мертв, когда солдаты, участвующие в спецоперации "Синтия", получили шифровку 500-700. Первое число значило Че, второе -- казнить. 600 означало бы оставить в живых. Эта возможность изначально не исключалась. Но по здравом размышлении... Какой стране он был нужен живым?

В описаниях последних 18 часов жизни Че обязательно упоминаются пространные диалоги о социальном неравенстве и революции. То с солдатами ЦРУ, то с учительницей Хулией Кортес, а то и с ЦРУшником Феликсом Родригесом. Они вдвоем на последнем прижизненном снимке команданте.
Только сержант Марио Теран с команданте не разговаривал. Якобы этот Марио не мог решиться на убийство связанного человека, для храбрости даже выпил виски, ну а выстрелил только после слов команданте: "Смелее, ты стреляешь в мужчину". Легендарным революционерам положено командовать своей казнью, об этом мы знаем из литературы.
А из свидетельств очевидцев известно, что Марио добровольно вызвался расстрелять команданте, чтобы отомстить за товарищей из его отряда, погибших в схватках с партизанами. Известно, что другие солдаты стреляли в мертвое тело Че. Но только Марио выбросился (сам ли?) через год из окна четвертого этажа.
Вечером 9 октября тело привязали к шасси вертолета, и Че отбыл на небо. В прачечной соседнего поселка Валье-Гранде труп обмыли, сняли посмертную маску и отрубили кисти рук, чтобы американские заказчики могли удостовериться по отпечаткам пальцев, что объект 500 мертв. Затем труп выставили на поругание. Однако индейцы-крестьяне, никогда не симпатизировавшие живому команданте, нарекли его труп святым Эрнесто, стали срезать с него волосы на амулеты и устроили паломничество. Так что уже 11 октября труп пришлось похоронить вместе с другими казненными на краю аэродрома и прикрыть бетонной плитой. На 30 лет.
"Он меня больше не интересует", -- говорит медсестра Сусана Осинага. Сейчас ей 71 год. Когда-то она обмывала тело Че. Она и врач пытались вколоть в него формальдегид, чтобы замедлить гниение, но тот вытекал из ран. Они раздумывали, что делать с его сердцем, и в конце концов выбросили его. Сегодня туристы приходят к Сусане, чтобы спросить, каково это было, касаться ЕГО? Но она помнит только, что он дьявольски вонял.

Пробы на роль Иуды
О Боливийском провале Че написано множество статей и книг с рассказами очевидцев -- однако правды не знает никто, ибо она хранится в архивах ЦРУ под грифом "секретно". Тем безнаказаннее можно строить смелые домыслы. Чиро Бустос -- штатный иуда Че Гевары -- живет в Швеции. Аргентинский художник приехал на Кубу, чтобы поддержать молодую революцию, вместе с Че поехал в Боливию и был взят в плен вместе с французским журналистом Режисом Дебре.
От расстрела их спасла случайность -- репортер боливийской газеты "Пренсиа" сфотографировал пленников, поместил снимок на первой полосе издания. В Америке и Европе Режис был хорошо известен как интеллектуал левых взглядов, сын влиятельных родителей, друг Фиделя Кастро, автор книги о кубинской революции.
Гордые своим соотечественником французы, лично Жан-Поль Сартр, президент де Голль и Папа Римский занялись судьбой Дебре.
Бустос и Дебре были допрошены. Дебре утверждает, что рассказал все после Бустоса и что 19 портретов партизан сделали больше, чем его словесные описания. Бустос говорит, что рисовал тех, кто уже был известен ЦРУ, а два портрета и вовсе были выдуманы.
Оба пленника были выпущены из боливийской тюрьмы спустя четыре года. Дебре сделал себе имя, деньги и славу как историк революции, а Бустос эмигрировал в Европу, где жил в нищете и безвестности, пока его историей не занялись в 1997 году шведские кинодокументалисты. У них, как и у всех исследователей Че, нет официальных доказательств, но, по их киноверсии, предателем из тех двоих был 26-летний Дебре.
Интересно, что общепризнанного иуду не тронуло "проклятье Че" -- волна покушений и несчастных случаев, смывшая не меньше десятка свидетелей смерти партизана. При крушении вертолета погиб боливийский диктатор Барриенто, следователь Куантанилла, допрашивавший Дебре и Бустоса, позднее работал консулом в Германии и там, в Гамбурге, его застрелила немецкая террористка. При загадочных обстоятельствах был убит крестьянин, который помог солдатам обнаружить отряд повстанцев. Покончил с собой сержант, приводивший казнь в исполнение.
Концов не найдешь. Да и там ли ищут? Или надо искать женщину, а дорога приведет в третий Рим?

За 10 песо
У команданте было две жены, пять детей и около сотни любовниц. За это он особенно дорог сердцам хиппи по всему миру. Обе его жены и большинство подруг были революционерками и партизанками. И если лик команданте украсил монету в три кубинских песо, то красивое лицо партизанки Тани заняло место на десятке...
Интернет-ресурс "Все о разведке и контрразведке: Всемирная история шпионажа" утверждает, что секс-агент КГБ Лаура Мартинес (она же Таня, урожденная Тамара) и есть предатель, выдавший сам факт и место нахождения Че боливийским властям. Более того, создатели сайта уверены, что это редкий случай, когда шпион, выполнивший задание, не был ликвидирован (кто опознавал мертвое тело партизанки Тани в Боливийских болотах?), а отправился преподавать в школу КГБ, пока ее образ стяжал посмертную славу.
Хейди Тамара Бунке родилась в 1937 году в Аргентине в немецкой прокоммунистической семье. Более того, ее мать -- немецкая еврейка советского происхождения. (Якобы по сей день здравствует в Берлине.)
В 1952 году Тамара отправилась в Восточную Германию, окончила сталиштадтскую школу языкознания, затем поступила в университет имени Гумбольдта в Берлине. Где и была завербована штази. В компартию Тамара вступила еще в школе, так что работать в разведке стала по горячему убеждению. В 1959 году прекрасная разведчица получила первое и главное свое задание -- насколько возможно сблизиться с Че, правой рукой Фиделя Кастро. Команданте как раз прибывал в Берлин для переговоров о кредитах для своего правительства.
Как все юные коммунистки, Хейди Тамара восхищалась кубинской революцией и своим соотечественником-космополитом. На переговорах кубинцев с немецкой стороной Тамара переводила. А по завершении официальной части стала любовницей Че.
Далее историки шпионажа пишут, что Тамару вызвали в Москву на курсы повышения квалификации, и в 1961-м она отправилась на Кубу уже совершенно подкованная профессионально и идеологически. По протекции любовника она получила место в Гаванском университете, потом перешла работать в министерство просвещения. А когда Че отказался от постов, гражданства и пропал с Кубы, Тамара махнула в Боливию. Товарищи по партии снабдили ее подложным паспортом на имя Лауры Гуттиеррез Бауэр. Лаура снова начала свою карьеру с преподавания и закончила в аппарате президента. Гражданство она себе приобрела фиктивным браком с Антонио Мартинесом.
Когда в Боливию под именем Адольфо Мена Гонзалес прибыл Че Гевара с отрядом профессиональных партизан, Лаура Мартинес переименовалась в партизанку Таню, ушла с отрядом в боливийские болота и честно сражалась, пока не получила приказ...

Краткая история латинской революции
Когда доктор Эрнесто Гевара познакомился с братьями Фиделем и Раулем Кастро, он жил с первой женой Ильдой Гадеа в маленькой квартирке в Мехико на улице Рин. Работал врачом, уличным фотографом, грузчиком и разноторговцем. И диктовал беременной жене книгу "Роль врача в Латинской Америке". А потом квартирку на улице Рин обворовали. Взяли пишущую машинку и фотоаппарат. Книга не была закончена. Ильда познакомила мужа с Фиделем Кастро, родила дочь, развелась и уехала на родину в Перу. А Эрнесто отплыл в качестве врача на Кубу на яхте "Гранма".
25 ноября 1956 года у порта Туспан судно обстреляли правительственные войска диктатора Баттисты, из отряда осталось не более двадцати человек. А 31 декабря 1956 года мать Эрнесто Селия де ла Серна де Гевара получила записку: "Родная, истратил две, осталось пять. Однако уповайте, чтобы Бог был аргентинцем. Крепко обнимаю вас всех, Тэтэ". Эрнесто считал, что у него, как у кошки, семь жизней, и хотел сказать, что уже отдал две из них революции. Произошло это так: в первом же бою у него на руках оказался рюкзак с медикаментами и ящик патронов. Вместе их тащить было тяжело. Он взял патроны... И больше не возвращался к врачебной практике. Его назначили команданте -- майором.
Через два года команданте Че одержал блестящую победу в сражении за город Санта-Клара, близ Гаваны, и через день, 2 января, революционная армия вошла в столицу.
В феврале 1959 года Че стал кубинским гражданином, возглавил Национальный институт по аграрной реформе, занял пост министра промышленности и президента Национального банка Кубы.
А в марте 65-го Че Гевара исчез. Газеты писали, что он попал в сумасшедший дом в России, что он убит, что Кастро не терпит конкурентов.
Через полгода Фидель зачитал членам ЦК Компартии Кубы прощальное письмо Че Гевары: Че заявляет в письме свою полную поддержку линии партии и лично Кастро и далее объявляет: "Я официально отказываюсь от своего поста в руководстве партии, от своего поста министра, от звания майора, от моего кубинского гражданства".
Его поступок принято объяснять революционным романтизмом Гевары -- ему стало скучно без войны. Он хотел создать империализму сотни маленьких вьетнамов. Между тем... война на Кубе не закончилась. Американцы обучали наемников партизанской войне, вооружали и отправляли в горы Эскамбрая. На Че совершались неудачные покушения. А министр продолжал уходить из кабинета, чтобы рубить сахарный тростник, -- по мотивам Ленина на субботнике. Так что трудов и опасности у него хватало. А главное, почему для экспорта революции нужно было отказываться от гражданства? Разве он знал, что на Кубу больше не вернется и что Куба его ни перед кем не защитит?
Датой прибытия Че в Боливию разные источники называют ноябрь-декабрь 1966 года или апрель 1967-го. До этого Гевара вроде как воевал в Конго. И сделал пластическую операцию. Разведчик Николай Леонов, когда-то познакомившийся с Эрнесто Геварой и Фиделем Кастро в Мексике, в годы своего студенчества, а потом бывший сопровождающим переводчиком товарища Че во время его визита в Москву, говорит, что ЦРУшники показывали снимки мертвого Че Гевары многим людям, могущим опознать тело, но никто не мог подтвердить, потому что пластическая операция значительно изменила лицо команданте. Мне не попалось никаких комментариев относительно того, с какой целью команданте изменил внешность.

Золотое солнце Санта-Клары
"Хорошая смерть, небесполезная", -- сказал о бесславном расстреле команданте его друг детства Альберто Гранадо, ныне автор сценария фильма об их совместном с Эрнесто Геварой путешествии по Южной Америке. Действительно, ореол мученика превратил Че в икону. Правда, не сразу. После года траура его имя на Кубе забыли на 15 лет.
Че понадобился Кубе только во второй половине 80-х -- для защиты от перестройки и гласности Большого брата. Правда, тогда "холодная" революция была проиграна. Как только Советский союз перестал оказывать Кубе экономическую поддержку, Кастро вынужден был впустить доллар в страну и принять инвестиции капитализма во внутреннюю экономику. Однако 8 ноября 2004 года доллар снова запрещен, зеленые бумажки меняют населению на родные песо по выгодному курсу -- 1:1. Но фактически Че -- самый дорогой экспортный продукт. Пока кубинские школьники твердят: "Пионеры, будем как Че", правительство открывает в городе, где Че выиграл свое главное сражение -- Санта-Кларе, мемориал для туристического паломничества. Здесь в 1988 году был возведен монумент "героическому партизану" -- команданте с автоматом в руках, высота 15 метров, 23 тонны весом. Тут же сооружен мавзолей и перенесены партизанские останки. Через 30 лет после казни, 17 октября 1997 года Че Гевара был торжественно перезахоронен. За два года до этого, в ноябре 1995-го отставной боливийский генерал Марио Варгас, некогда участник боев с отрядом Че Гевары, свидетель казни и захоронения, раскрыл тайну аэродрома в Валье-Гранде.
Куба обратилась к президенту Боливии Гонсало Санчесу де Лосаде с просьбой провести раскопки, и два года с помощью техники, археологов и антропологов разрывали взлетно-посадочные полосы расширившегося за 30 лет аэродрома. Ломали наземные постройки, копали вслепую, но планомерно и методично -- через полтора года нашли несколько трупов, у одного из которых отсутствовали кисти рук. Экспертиза подтвердила -- это останки Эрнесто Гевары.
Торжественные похороны Че состоялись в канун открытия V съезда Компартии Кубы. Был объявлен недельный траур. Обелиски, мемориальные доски, плакаты с девизом Че: "Всегда до победы!". Сотни тысяч кубинцев прошли в молчании мимо семи контейнеров из полированного дерева. Вместе с Че перезахоронены найденные в Боливии останки его товарищей, а на каменных плитах высечены лица всех павших бойцов отряда, найденных и не найденных.
В Боливии осенью минувшего года министерство туризма запустило прибыльный проект Ruta de Che -- 400-километровый туристический маршрут повторяет 11-месячное вторжение Гевары и 49 его людей.

Символ революции
Кубинские революционеры считали, что закон о международном авторском праве ущемляет интересы бедных народов. Но когда Куба открылась для мирового рынка, образ Че начал работать не на идею, а на своих владельцев. В том числе самое известное изображение Че Гевары, многократно скопированное с фотографии 1960 года некоего Альберто Диаса.
Многие годы его снимок был достоянием бедных народов, но судебная практика американского образца добралась до всех континентов -- 65-летний Диас выиграл уже несколько процессов и установил таксу на перепечатку фотографии -- 300 долларов и еще столько же за интервью.
Во время кубинского кризиса Че требовал от Хрущева сбросить атомную бомбу на Нью-Йорк, но сейчас он символ мира для американских нон-конформистов (если так можно говорить об американцах). Прошедшей осенью в Нью-Йорке прошла грандиозная демонстрация -- 50 000 человек вышли на улицы с портретами Буша и Че на футболках. И подписи, соответственно: "Убийца" и "Все для победы".
Марадона и Майк Тайсон демонстрируют Че-тату пред камерами телевизионщиков, в Голливуде задумано не меньше трех фильмов о Че. Немецкий фильм по сценарию Альберто Гранадо идет в кинотеатрах Европы.
И все же центральная роль в создании легенды о Че принадлежит Кубе и дарить эту легенду миру просто так она не намерена. Туристам продаются футболки с портретом Че Гевары и лозунгом: "Лучше умереть стоя, чем жить на коленях" по цене 13,95 доллара за штуку, что намного больше среднемесячной зарплаты кубинца.
Кубинское правительство закупило большую партию часов Swatch, украшенных портретом Че Гевары и с надписью Revolucion, но не для того, чтобы уничтожить, а чтобы опять же с выгодой продавать туристам.
В прошлом году некая британская фирма, желая подбавить мужественности своему пиву, напечатала изображение Че на ярлыке и подписала: "Запрещено к ввозу в США. Значит, стоящая вещь!". Пиво действительно вскоре было запрещено к ввозу, но не в США, а на Кубе -- и то в ответ на жалобу вдовы Гевары Алейды.
Отныне использование имени и образа известного латиноамериканского революционера Эрнесто Че Гевары будет регулироваться международным законодательством. В июне 2004 года вдова "героического партизана" открыла в их старом гаванском доме исследовательский центр, который будет заниматься контролем над упоминанием имени Че в торговых марках и товарных знаках. В центре работает двое из пяти детей Гевары -- сын Камилло и дочь Алейда -- врач-аллерголог. Все дети называют своего отца Че, верят, что он сделал мир лучше, дружат с Фиделем и, кажется, не видят противоречия между теорией и практикой революции.

Три хорошо известных фактов о Че, не вошедших в текст
* Че -- аргентинское междометие, типа "эй", "ну", "ай". Аргентинец Эрнесто Гевара пересыпал свою речь этим чудным междометием, которое вскрикивают и от радости, и от боли, и просто, пока слово подыскивают, и даже собеседника им называют, типа: "Эй, парень". Друзья-иностранцы стали называть Эрнесто этим самым "эй", прозвище прижилось.
* С двух дет Че страдал тяжелой бронхиальной астмой. Кубу и Боливию он отправлялся освобождать с автоматом и ингалятором в руках.
* По рождению Че был аристократом. В роду его матери -- последний вице-король Перу, брат отца был аргентинским послом на Кубе, когда там партизанил его племянник.

Ирина БАХТИНА

0 коммент.:

Отправить комментарий