воскресенье, 18 июля 2010 г.

А "Мира" больше нет

Приходит миг, приходит срок -- и рвется связь...
Его больше нет. Огонь и вода поглотили его останки, и медные трубы отныне будут петь ему лишь посмертную славу.
Им, медным трубам, есть о чем гудеть свои песни. И есть поводы стыдливо умолкнуть. Как никакой другой космический объект, станция "Мир" была на виду у всего мира, который шутя облетала за полтора часа.


Тридцать три космических несчастья
"Мир" занял свое место на орбите, когда кончилась "холодная война" (и потому шпионить за подлодками ему, говорят, не пришлось) и должен был начаться 27-й съезд КПСС (со съездами тоже все вскоре кончилось).
Если бы станция, как и планировалось, завершила свои дни через пять лет эксплуатации -- ушла бы вместе с породившим ее СССР, сегодня никто не обозвал бы ее ни символом космонавтики, ни Муму, утопленной глухонемым правительством Герасимом. Но она осталась. И все эти десять лет, вечное проклятие бюджета, перебивалась "от получки до получки" -- от одной случайной субсидии до другой, пуская в свое чрево за деньги бывших соперников и переживая разнообразные аварийные приключения, в том числе рекордные два столкновения с другими кораблями (в "Мир", к счастью, не врезался американский научный спутник, который пролетал так близко, что проживавшему на станции экипажу пришлось на всякий случай залезть в корабль).
"Протекающие трубы, изрыгающие искры реле, неплотные скафандры, пропускающие вентили, неисправные датчики, фильтры без фильтрующего действия, управляющие сопла с характером камикадзе, а также проклятые гироскопы, отказы которых постоянно раскачивают станцию. На "Мире" всегда что-то было неисправно, поэтому космонавтам три четверти своего бесценного времени приходилось заниматься ремонтом, запивая досаду конспиративно пронесенной на борт водкой", -- это цитата из немецкого "Шпигеля", художественно переработавшего впечатления некоторых американских астронавтов. Про водку, может, вранье. Ну а все остальное...
Почти роковым оказался для "Мира" 1997 год: неоднократно отказывал бортовой компьютер, сломался кислородный генератор, оставив экипаж из трех человек с двухмесячным запасом кислорода, горел патрон, вырабатывавший кислород, отказывала климатическая установка -- с повышением температуры выше 30 градусов, по вине экипажа станция теряла ориентацию. Но самое главное -- не удалась стыковка с "Прогрессом", который со скоростью 5 м/с врезался в "Мир", оставив в модуле пробоину. Вину за столкновение тоже возложили на космонавтов: командир Василий Циблиев вручную не справился с очень сложным маневром (сразу вспомнили, что в 1994-м Циблиев при облете "Мира" задел станцию и повредил теплозащиту).
Но, несмотря ни на что, как хороший советский утюг или холодильник, "Мир" втрое пережил свой век. И при этом (в состоянии непрерывного ремонта, конечно) вполне мог летать и дальше.
Кому нужны вакуумные штаны
Там было что ремонтировать. "Мир" был очень сложным сооружением о шести стыковочных узлах: к базовому корпусу с жилым помещением в разное время присоединились модули "Квант", "Квант-2", "Кристалл", "Спектр" и "Природа" (последний -- аж в апреле 1996) и стыковочный узел для "Шаттлов". Модули содержали научную аппаратуру и нужны были для выполнения разных задач (в соответствии со своими названиями, словами -- метками прогресса). "Кванты" -- для астрофизических исследований, "Кристалл" -- технологических экспериментов, "Спектр" и "Природа" -- чтобы изучать природные ресурсы Земли, земную и орбитальную атмосферу.
Перед затоплением станции модуль "Квант" оказался больше всего подвержен коррозии и использовался как склад. В худшем состоянии был только модуль "Спектр": с наглухо задраенным люком он летал в связке с "Миром" как консервная банка с 25 июля 1997 года, когда "Прогресс" проделал в его корпусе дыру.
Внутри "Спектра" осталось много ценного оборудования. Которое уже не суждено было использовать в 6700 технических экспериментах, 2450 экспериментах по материаловедению, 6200 сеансах астрофизических наблюдений и прочая-прочая... Официально эксплуатация станции "Мир" принесла неоценимую пользу человечеству: там получали полупроводники, в том числе лучший в мире арсенид галлия, разрабатывали эффективные энергетические установки, очищали белковые продукты с неземной производительностью, делали чистые лекарства, исследовали вирусы, клетки, сверхновые звезды, сам центр галактики. Модульный принцип строения "Мира" пригодился в разработках проекта Международной космической станции, которая сегодня состоит уже из трех частей.
А вот неофициально... Все чаще раздаются голоса, что пилотируемая космонавтика -- непростительная роскошь, которую человек пока не может себе позволить. А главное -- от нее мало проку. Все астрофизические наблюдения, получение сверхчистых материалов, микробиологические исследования можно вести в автоматическом режиме на спутниках.
Существует такое понятие, как спин-офф -- передача технологий из космических исследований в другие отрасли хозяйства. Но никто точно не знает, в каком объеме пилотируемая космонавтика влияет на всеобщий технический прогресс. Объективную оценку "космической пользы" дает анализ патентов. С 1975-го по 1988-й во всем мире было найдено 418 случаев спин-офф.
Много это или мало? Эксперты сравнили влияние патентов из космонавтики и патентов из робототехники. Оказалось, что передач технологий из робототехники было больше. Сегодня ясно, что, кроме спутниковой техники, космонавтика не является ведущей технологической отраслью. Напротив, она процветает скорее от прогресса в других областях, чем наоборот. В некоторых сложных космических проектах инженеры предпочитают делать все по старинке, чтобы избежать побочных результатов и уложиться в сроки. Поэтому сегодня большинство космических зондов запускается с устаревшей техникой. Например, бортовой компьютер стартовавшего в 1996 зонда Near Shoemaker, недавно приземлившегося на астероид Эрос, соответствует персональному компьютеру середины 80-х. Такая техника сегодня не заинтересует даже школьника, не говоря о промышленности.
В общем, пилотируемая космонавтика на сегодня -- это скорее культура и политика, которая не дает никаких экономических дивидендов (побочные полезные продукты вроде замка-молнии, разработанного для лунных астронавтов, и вакуумных штанов для поддержания давления, скорее, исключения).
Между тем в общественном сознании образ космонавта -- это образ вечно занятого работой человека. Интересно, что в эксперименте НАСА по изучению беспокойного космического сна выяснилось, что лучше всего спали астронавты, опутанные кабелями. Ученые сделали вывод, что люди в космосе плохо спят из-за того, что не могут отключиться от работы. А находясь среди электродов, они полагают, что сон -- часть их миссии. И как тогда понимать слова Георгия Гречко, который, вернувшись из космоса, сообщил, что космонавтам в длительных экспедициях заняться совершенно нечем? Есть мнение, что станции вроде "Мира" и МКС очень трудно обеспечить постоянной интенсивной научной работой, ведь нужно составить множество программ и отладить море аппаратуры.
И только в одном сходятся противники и сторонники человеческих полетов: бесценен ремонтный опыт. И станция "Мир" была лучшим тренажером для починок будущих аппаратов. Останься "Мир" в живых, интересно было бы узнать также, сколько еще протянут разные ее системы. Например, теперь наши инженеры знают, что система охлаждения выходит из строя через 12 лет эксплуатации. Как бы они проверили это на Земле?
Пошлите его к Солнцу
Однако стоило ли продлевать жизнь станции, которую нужно было постоянно чинить?
Директор "Росавиакосмоса" Юрий Коптев считает затопление "Мира" необходимым. Он утверждает, что с начала 90-х станция существовала исключительно за счет международных программ. "Шаттлы" принесли "Миру" на своих крыльях миллиард долларов. Но к 2001 году он полностью выработал свой ресурс, и за безопасность сооружения поручиться уже было нельзя. Вывод о невозможности эксплуатации осенью 2000 года был сделан советом главных конструкторов.
Но космонавтика, повторимся, это культура и политика... Коптева назвали в Думе агентом ЦРУ, в некоторых городах прошли демонстрации в защиту "Мира", космонавты подписали обращение к президенту с требованием сохранить станцию, были организованы фонды (хотя Народный благотворительный фонд сохранения "Мира" за два года и собрал всего 20 тысяч рублей, несмотря на призывы, рассылавшиеся в отделения Сбербанка: "Россияне! Сдайте хотя бы по 12 рублей!" -- деньги ушли на зарплату работникам фонда, значки и календарики).
В интернете появился англоязычный сайт "Спасите "Мир", и на призыв откликнулись даже незаинтересованные иностранцы:
"В мире, где доминирует Америка, нам нужен независимый проект, над которым она не могла бы взять контроль..." (Эндрю Блэк, Австралия).
"Мир" -- инженерное достижение и должен быть сохранен на орбите, как Эйфелева башня и пирамиды Египта. Пошлите его хоть к Солнцу, но только не топите! Рожденный для космоса пусть там и умрет!" (Лео Марзано, Аргентина).
"Жаль, что я никогда не ставил пари против русских. Я бы разбогател! Ведь они всегда проигрывают..." (Том Маканир, США).
Так не доставайся же ты никому!
И все же, захоти российское правительство прислушаться к этим мнениям, какие у него были варианты?
Во-первых, продать станцию с обветшавшими потрохами какой-нибудь фирме. Предложения такие поступали неоднократно. Американская компания Infotelesys Inc собиралась выкупить "Мир" за 100 млн долларов, чтобы превратить в звено спутниковой системы связи. Но полгода переговоров ни к чему не привели.
Во-вторых, "Миром" интересовались правительства многих стран. Ряд государств был готов участвовать в долевом финансировании станции. Горячее желание купить "Мир" изъявлял Китай: чтобы сэкономить время и деньги в борьбе за статус космической державы. Китайцы хотели "немножко подремонтировать" станцию -- и продержаться еще лет 15. Иранский президент, недавно посетивший Москву, тоже заикался на тему: страна была готова финансировать "Мир" в течение двух-трех лет.
И, наконец, в-третьих. Космонавт Сергей Кричевский предлагал обратиться в ЮНЕСКО с просьбой присвоить "Миру" статус объекта всемирного культурного наследия. И потом либо по частям перевезти станцию на Землю, либо перевести станцию на более высокую орбиту и превратить в летающий музейный экспонат. Но и "музейный" вариант никто рассматривать не стал. У России уже есть печальный опыт такого рода: из станции "Салют-7" тоже хотели сделать мемориал. Подняли ей орбиту до 600 км, но под действием возросшей солнечной активности она потеряла управление и неконтролируемо упала на территории Аргентины. К счастью, пострадавших не было, а незлобивая Аргентина даже не предъявила России никаких претензий.
И на Тихом океане свой закончили поход
"Мир", в отличие от "Салюта", падал громко. Не один год продолжались разговоры об угрозе его падения. Задолго до окончательного решения о затоплении, летом 1999-го, Пако Рабанн предсказывал, что станция слетит на голову Парижу.
В последние месяцы заговорили о той угрозе, которую несут на себе обломки "Мира": не исключено, что на них в Тихий океан опустятся уцелевшие в огне колонии микробов-мутантов. Изменившиеся в космических условиях микроорганизмы могут нанести непредсказуемый вред Земле, соединившись с местными поедателями металла. Вполне возможно, что именно бактерии разъели часть оборудования станции и привели к некоторым неполадкам.
Весь март жители Японии и тихоокеанских островов с опаской глядели в небеса: над ласковыми облаками к ним летела ужасная русская железяка... Спасательные службы Австралии находились в боевой готовности. Власти японской Окинавы и некоторых островных государств даже запретили своим гражданам выходить на улицу в день затопления "Мира". Вряд ли это удержало любопытных...
Но самые любопытные (и богатые, цена билета -- около 12,5 тысячи долларов) смотрели коротенькое шоу с борта самолета. Чартерный рейс поднялся в воздух, когда "Мир" вошел в плотные слои атмосферы. Его организовала та же компания, которая возила туристов смотреть на солнечное затмение. В российской турфирме "Варити" тоже пытались продавать билеты, но желающих смотреть, как тонет наша космическая слава, не нашлось.
...Юбилей станции "Мир" 20 февраля 2001 года в Центре управления полетами отмечать не стали: праздник больше напоминал бы панихиду. Через месяц с небольшим станция получила самый последний и мощный тормозной импульс, в последний раз пролетая над Россией. Считать его подлым пинком в угоду Америке или шагом к объединению мира на общей космической станции -- все-таки покажет время. В космосе не установишь границ. Но кусочки прошлой славы тихо опускаются на дно Тихого, оставляя ощущение, что каждый из нас остался в дураках.
Софья АЛЕКСАНДРОВА

"Мировые" рекорды и цифры
* Масса уничтоженной станции -- 130 тонн, длина вместе с "Прогрессом" и "Союзом" -- 33 метра.
* Станция облетала Землю на высоте в 375 км, один виток за 90 минут.
* На "Мире" была 241 единица научной аппаратуры производства 27 стран.
* Ориентировочная стоимость "Мира" -- 3 млрд долларов. Ресурсы станции были израсходованы на 50%.
* В результате затопления потеряно более 100 тысяч рабочих мест, занятых специалистами высокой квалификации.
* Один год эксплуатации "Мира" обходился в 60 млн долларов.
* Сергей Авдеев налетал на "Мире" 747 с половиной суток за три раза.
* На станции побывало 108 человек. Суммарное время пребывания всех космонавтов на "Мире" -- больше 37 лет.
* На "Мире" находилась библиотека из 100 томов.
* Валерий Поляков прожил на станции 438 суток за один полет, за два полета у него набралось 679 суток.
* Только на одной станции "Мир" американцы провели больше времени, чем на своих "Шаттлах" за 18 лет. Здесь побывали 44 американца -- это больше, чем граждан любой другой страны, включая Россию.
* Для ремонта "Мира" понадобилось бы 150 млрд долларов.
* С "Мира" было совершено 78 выходов в открытый космос общей продолжительностью 359 часов.
* 1500 осколков станции упали в Тихий океан в полосе длиной 6 тыс. км и шириной 200 км.

0 коммент.:

Отправить комментарий